
В решении от 9 сентября 2026 года по делу 2026 Na 10042 Патентный суд Республики Корея определил размер возмещения за нарушение прав на промышленный образец массажёра для кожи головы. Суд разделил период нарушения по моменту, с которого ответчик осознавал противоправность своих действий, и увеличил втрое убытки лишь за часть этого периода. Решающими стали вопросы о принадлежности требования и времени возникновения оснований для увеличения выплаты.
Приобретённый образец и прежняя регистрация ответчика
Компания Tribest приобрела права на корейский промышленный образец № 30-0737324 — расчёску для массажа головы. Образец представляет собой круглое кольцо с несколькими выступами и зарегистрирован 31 марта 2014 года. Истец не подавал первоначальную заявку, а получил право от прежнего владельца. Это обстоятельство повлияло и на период возмещения убытков.


Ответчик также подал заявку на образец массажёра для кожи головы и получил регистрацию 24 августа 2021 года. Однако 13 июня 2022 года её признали недействительной; примерно в то же время решение вступило в силу. Поэтому дело нельзя трактовать как спор об освобождении от ответственности лица, сохранявшего действующее право на собственный образец.


Ответственность за фактически продававшиеся изделия
Ответчик продавал показанные изделия через интернет и поставлял их другому продавцу, обозначенному как D. Суд установил сходство как самих изделий, так и их внешнего вида с зарегистрированным образцом истца и признал нарушение. В отдельном споре об объёме правовой охраны также было установлено, что изделие ответчика охватывается правом истца.

По применимому корейскому закону неосторожность нарушителя предполагалась. Ответчик ссылался на подготовку изделия в период неуплаты пошлин по более раннему праву. Однако суд, в частности, отметил отсутствие доказательств проверки существования и использования ранее опубликованного образца. Довод об отсутствии неосторожности был отклонён.
Переход права не доказывал уступку требований за прежние нарушения
Переход права к истцу зарегистрировали 29 декабря 2021 года. Истец требовал возместить убытки начиная с 2018 года, но не представил достаточных доказательств того, что ему уступили также требования прежнего владельца за уже совершённые нарушения. Приобретение права на образец и приобретение ранее возникших денежных требований были разграничены.
Поэтому возмещение охватывало период с 29 декабря 2021 года примерно до августа 2025 года. Суд не утверждал, что уступка требований за более ранний период невозможна в принципе: в данном деле она не была надлежащим образом подтверждена.
Ответчик также утверждал, что все проданные товары были поставлены до приобретения права истцом. Между тем после этой даты ответчик сам продал 12 изделий, а D реализовал 817 изделий примерно за три года и восемь месяцев. Суд учёл сроки начала и объём продаж, а также отсутствие заказов, документов по сделкам и банковских переводов, подтверждавших давние поставки, и отклонил эту версию.
Средняя отраслевая маржа не доказывала прибыль от нарушения
Истец оценил прибыль ответчика в 28 505 841 вону, применив к общей выручке среднюю розничную маржу малого и среднего дистрибьюторского бизнеса — 19,9 %. Суд исходил из того, что прибыль от нарушения, как правило, равна полученным доходам за вычетом дополнительных затрат, обусловленных нарушением, то есть маржинальной прибыли. Не было доказано, что расчёт по средней марже даёт именно эту величину.
Это не означало отсутствия убытков. Суд признал их возникновение, но счёл, что установить факты, необходимые для точного расчёта, по характеру дела крайне затруднительно. Поэтому разумный размер возмещения был определён по совокупности доводов и доказательств, в том числе с учётом разницы в продажных ценах.
Изделия истца продавались за 14 000–30 000 вон, а ответчика — за 165 000–239 000 вон. При таком расхождении нельзя было автоматически считать каждую продажу ответчика потерянной продажей истца или приравнивать всю прибыль ответчика к убыткам истца. До увеличения суд оценил общие убытки в 10 млн вон.
Умысел установлен со дня, следующего за вручением решения
В связанном деле 2024 Heo 10405 суд установил, что изделие ответчика входит в объём охраны образца истца. Копию решения вручили ответчику 23 августа 2024 года. Суд признал, что по меньшей мере с 24 августа ответчик действовал, осознавая нарушение права.
Тем не менее продажи продолжались ещё около года, примерно до августа 2025 года. За этот период реализовали 97 изделий на 15 894 930 вон. Хотя все последующие продажи осуществлялись через D, доказательств того, что ответчик требовал вернуть поставленный товар, прекратить продажи либо иначе пытался уменьшить ущерб, не было.
Утроение одного миллиона привело к взысканию двенадцати миллионов
За первый период — с 29 декабря 2021 года по 23 августа 2024 года — убытки составили 9 млн вон. За второй — с 24 августа 2024 года примерно до августа 2025 года — их оценили в 1 млн вон до увеличения. С учётом осведомлённости ответчика, продолжения продаж и усилий по устранению последствий суд увеличил втрое только последнюю сумму, до 3 млн вон.
Таким образом, основная сумма взыскания составила 12 млн вон: 9 млн плюс 3 млн. Проценты за просрочку начислялись отдельно. Суд не умножал на три всю сумму убытков в 10 млн вон. Трёхкратное увеличение было выбрано исходя из обстоятельств дела и не является универсальным правилом для любого нарушения прав на промышленный образец.
Апелляционная инстанция отменила решение первой инстанции в части взыскания сверх указанной суммы. Жалоба ответчика была удовлетворена частично, размер взыскания снизился, а истец добился удовлетворения требований лишь в подтверждённой судом части.
Фиксируйте даты перехода права и движения товара
При приобретении права на образец следует отдельно определить судьбу уже возникших требований о возмещении убытков и сохранить сведения о продажах и расходах за каждый спорный период. Продавцу также важно изучать более ранние права третьих лиц и реальные документы о поставках, а не только собственную историю регистрации.
После вручения неблагоприятного решения об объёме охраны важны и товары, остающиеся у дистрибьюторов. В этом деле суд отдельно оценил момент осознания нарушения, последующие продажи и конкретные меры, например требования прекратить реализацию, определяя на этой основе убытки и пределы их увеличения.
Сохранены исходные обозначения и формы; содержание раскрыто в тексте.
