Новости и аналитика

Банкротство владельца товарных знаков и регистрация исключительной лицензии

Дело 2026 Na 10131 Патентного суда Кореи: почему договорное требование о регистрации исключительной лицензии следовало предъявлять в рамках банкротства.

Дело 2026 Na 10131: банкротство владельца товарных знаков и регистрация исключительной лицензии

Стороны согласовали исключительное использование товарных знаков, но до оформления права их владелец был признан банкротом. В каком порядке можно требовать совершения регистрационных действий? В решении от 29 октября 2026 года по делу 2026 Na 10131 Патентный суд Кореи указал, что такое договорное требование необходимо предъявлять в рамках процедуры банкротства.

1. Условие об использовании знаков в договоре займа

30 сентября 2024 года истец предоставил компании, занимающейся одеждой, дополнительный заем в размере 1 млрд вон. С учетом ранее выданных 1,5 млрд вон стороны определили основную сумму долга в 2,5 млрд вон. B, ранее являвшийся директором либо руководителем компании, выступил солидарным поручителем. Все восемь спорных зарегистрированных товарных знаков принадлежали лично B.

Договор предусматривал предоставление истцу исключительного права использования знаков B на десять лет, если компания утратит право пользоваться согласованной отсрочкой возврата займа. Такая отсрочка позволяет должнику не погашать долг до установленного срока. Исключительная лицензия дает лицензиату право единолично использовать зарегистрированный знак в пределах предоставленных полномочий.

12 февраля 2025 года в отношении компании была открыта процедура реабилитации. Истец счел это наступлением предусмотренного договором условия и потребовал совершить действия для регистрации исключительной лицензии на десять лет, на всей территории Республики Корея и в отношении всех указанных при регистрации товаров.

2. Личное банкротство владельца после предъявления иска

Иск к B был подан 30 апреля 2025 года. Затем, 12 мая 2025 года, B был признан банкротом. Реабилитация компании и банкротство физического лица — владельца знаков — касались разных субъектов. Первое событие истец считал основанием договорного требования, а второе определяло порядок его предъявления.

В первой инстанции истец получил разрешение исправить обозначение ответчика, указав вместо B управляющего его конкурсной массой. Копия искового заявления была вручена управляющему 5 июня 2025 года. Однако, несмотря на изменение ответчика, истец продолжал требовать непосредственного совершения регистрационных действий.

3. Требование о регистрации было отнесено к требованиям в деле о банкротстве

Статья 423 корейского Закона о реабилитации и банкротстве должников относит к требованиям, предъявляемым в деле о банкротстве, имущественные требования, возникшие по основаниям, существовавшим до объявления банкротства. Согласно статье 424, они осуществляются через процедуру банкротства. Суд исследовал не только формулировку требования, но и время и основание его возникновения.

Право требовать регистрационных действий возникло из условия договора займа и решения об открытии реабилитации компании. Оба обстоятельства имели место до признания B банкротом. Поэтому требование об исполнении было квалифицировано как требование к B, подлежащее предъявлению в деле о банкротстве.

Требование об исполнении позволяет обязать контрагента совершить определенное договором действие. В данном случае истец добивался оформления и регистрации исключительной лицензии на товарные знаки. Суд признал, что и такое требование имеет имущественный характер.

4. Принадлежность знаков к конкурсной массе и порядок предъявления требования

Конкурсная масса включает имущество, которым управляет и распоряжается управляющий. Истец утверждал, что знаки, принадлежавшие B на дату банкротства, вошли в эту массу, а регистрация лицензии является вопросом управления или распоряжения ими. Поэтому, по его мнению, иск подпадал под статью 347(1) как спор об имуществе конкурсной массы и мог быть предъявлен непосредственно к управляющему.

Суд допустил, что товарные знаки B относятся к конкурсной массе, но отдельно рассмотрел право, которое истец намеревался реализовать в процессе. Это было требование об исполнении, возникшее из договора и открытия реабилитации компании до банкротства B. Суд также отверг довод о невозможности денежной оценки такого требования.

Кто управляет товарным знаком и в каком порядке предъявляется связанное с ним договорное требование — разные вопросы. Сам факт вручения иска управляющему не изменял установленный законом способ осуществления этого требования.

5. Процессуальный порядок, на который указал суд

Суд пояснил, что истец мог заявить свое право как требование в деле о банкротстве. В зависимости от наличия возражений управляющего предмет уже начатого разбирательства мог быть изменен на проверку и установление этого требования. Заявление вводит право кредитора в процедуру банкротства, а проверка и установление определяют его существование и содержание.

Апелляционная инстанция предложила истцу сообщить, было ли требование заявлено и на какой стадии находится банкротство. Истец продолжал отрицать, что спор касается требования, предъявляемого в деле о банкротстве, и просил вынести решение. Суд описал доступный процессуальный путь, но не установил, какое заявление было подано впоследствии и чем завершилось его рассмотрение.

6. Решение по существу отменено, иск признан процессуально недопустимым

Центральный окружной суд Сеула решением от 29 мая 2026 года по делу 2025 Gahap 10383 отказал истцу в удовлетворении требования по существу. Патентный суд пришел к иному процессуальному выводу: самостоятельный иск не соответствовал установленному порядку предъявления требований в банкротстве. Он отменил решение первой инстанции и отклонил иск как недопустимый.

Такой исход означает завершение дела без рассмотрения существа заявленного требования вследствие несоблюдения процессуальных условий. В данном случае препятствием было предъявление требования, относящегося к банкротству, в форме отдельного иска о совершении регистрационных действий.

7. Практические вопросы договоров и регистрационных документов

При анализе соглашения об использовании знака следует прежде всего установить, совпадает ли сторона договора с владельцем, указанным в реестре. Здесь заем получила компания, а знаки принадлежали физическому лицу. Отдельная фиксация объектов, объема использования и лица, обязанного содействовать регистрации, помогает определить, от кого и какого исполнения можно требовать.

При возникновении спора полезно выстроить последовательность дат договора, события, породившего требование, и объявления банкротства, затем сопоставить ее с фактической регистрацией и документами, поданными в процедуре банкротства. Даже требование о регистрации может осуществляться по разным правилам в зависимости от основания и времени его возникновения.

Сохранены исходные обозначения и формы; содержание раскрыто в тексте.

Прочитать корейский оригинал

Материал отражает ситуацию на дату публикации. Обратитесь в IPLEX, чтобы обсудить обстоятельства вашего дела.
Обсудить этот вопрос ↗Все статьиСвязанная практика: промышленные образцы и товарные знаки ↗ Смежные услуги: споры и обжалование в сфере интеллектуальной собственности ↗

Обсудим следующий шаг в защите ваших технологий и интеллектуальной собственности.